«Ной» / Опережая тысячелетия

noah_11

Фильм «Ной» Даррена Аронофски, казалось, вышел на экраны как минимум за год до своей премьеры. В христианских кругах бурно обсуждались все его этапы создания. Именно в конфессиональных СМИ я начала встречать первые заметки, о чем говорят разные американские пасторы, побывавшие на предпоказах осенью 2013 года. По слухам, некоторые участники фокус-группы настаивали переписать сценарий, приведя его в полное соответствие со Священным Писанием, но создатели утвердили режиссерскую версию фильма. А уже потом было неблагословение-благословение Папы Римского, «7 причин не смотреть “Ноя”» и запрет на фильм в ряде некоторых мусульманских стран, по убеждениям которых нельзя делать изображений пророков, коим Ной в Коране и является.

Для художника, который взялся за библейский сюжет, поставлена задача повышенной сложности: выразить свое понимание проблемы и не обидеть чувств верующих своей трактовкой. Это на самом деле трудно воплотить в жизнь, потому что в творчестве, как только ты начинаешь чему-то потакать, учитывать пожелания других – ты умираешь как творец. И, если художник идет на сделку с совестью, как правило, он получает заказную и бездушную мешанину, может, составленную по канонам, но не искреннюю.

Режиссер фильма Даррен Аронофски известен мне по многим проектам, и я, если честно, была рада, что именно он взялся за этот фильм. Уже в «Фонтане» было понятно, что он неплохо разбирается в религиозно-философской теме. Писать рецензии на его фильмы – это как работа с постмодернистской литературой: ищешь и находишь приемы гипертекста, интертекста, ретроспекции. Причем режиссер создает свои фильмы на языке современного среднестатистического зрителя, а не редкого ценителя авторского кино.

С историей о «Ное», на мой взгляд, режиссер обошелся очень аккуратно, по сравнению с тем, как он мог бы сделать. Но возмущенных верующих во всем мире тоже можно понять – они переживают не за себя, а за других, кто еще не знаком с библейской культурой. Из-за такого фильма у зрителя, неискушенного в вопросах религии, может сложиться неправильное представление об этой истории. Сам по себе рассказ о Ное, который изложен в Книге книг, не блещет подробностями и деталями. В ней есть фактические пробелы, которые открывают простор воображению, Даррен Аронофски, видимо, этим и воспользовался. Тогда совершенно резонным будет вопрос, откуда мы знаем, как оно на самом деле было, и можем ли мы высказывать режиссеру свои претензии о подмене фактов в фильме? Не соответствует духу Писания? А давайте разберем.

Настройтесь на цитаты из Библии. В начале фильма особенно ничего не настораживает: война кланов, свирепствующие дети Каина, варварские убийства животных с целью употребления их в пищу – вполне себе укладывается в общую картину. В Библии нет прямого указания, что люди не ели мяса до потопа, но было напутствие Ною уже после стихии, что «Все движущееся, что живет, будет вам в пищу: как зелень травную, дам вам все». (Быт. 9:3) Из этого мы делаем вывод, люди до потопа «движущееся» не ели. О том, что отца Ноя кто-то убивает, в Библии информации нет, также в фильме не совпадают некоторые фактические данные. Ламех прожил 595 лет после рождения Ноя и по идее должен был увидеть своих внуков, Ною было 500 лет, когда он стал отцом (если брать цифры из Септуагинты, там они разнятся, но суть та же). А вот с Мафусаилом почти правда, он умер перед потопом. Чтобы добавить драматизма в канву фильма, режиссер показал трагедию Ноя и его непохожесть на других людей своего времени.

Идея с великанами меня не удивила, я совершенно точно помнила, что «В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим…». (Быт. 6:4) Видимо, создатели решили так интерпретировать это достаточно сложное для трактовки место Писания. Придумали ангелов, которые самовольно решили спуститься на землю для помощи людям, Бог прогневался на них и превратил их в каменных великанов. Ну чем не те самые исполины? Более того, по задумке создателей фильма, план Бога оказался гораздо шире – он использовал этих каменотесов для помощи в постройке ковчега (а вот и правда, как горстка людей могла в одиночку построить огромную посудину для себя и стаи животных, хотя за сто лет это возможно, конечно). И после того, как они совершили фактически новозаветный акт покаяния и выполнили свое предназначения на земле, их души вернулись к Творцу. Кто там увидел дьявола и падших ангелов, не знаю. По-моему, из другой оперы. Если уже змей искусил первых людей, это значит, что лучезарный ангел упал задолго до грехопадения всего человечества, а об этих небесных существах говорится, что они пришли после Адама и Евы.

Какое-то время по соцсетям ходила «памятка» в духе, почему нельзя смотреть «Ноя». Там было написано, что фильм врет и якобы на самом деле Ной приглашал всех на борт, но никто не верил ему. Человек, который составлял ту памятку, так переусердствовал в соблюдении чистоты Писания, что процитировал не его, а фильм «Эван Всемогущий», где главный герой как раз всех звал на борт своего корабля. В Библии же Бог говорит Ною, «все, что есть на земле, лишится жизни. Но с тобою Я поставлю завет Мой, и войдешь в ковчег ты, и сыновья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою». (Быт. 6:17-18) Так что плюс один в копилку Аронофски за его сюжетную линию борьбы двух кланов и потомков Каина, которые тщетно пытаются попасть на ковчег.

В глубокий шок повергли христиан следующие особенности фильма: драматическая история Хама, целительный дар Мафусаила, гринписовские взгляды Ноя, рождение и угроза жизни его внучкам, наличие посторонних людей на ковчеге. Об этом действительно нет ни слова в Библии. Но в упрек режиссеру даже ставили пороки современной молодежи, которые, по мнению зрителей-христиан, имели место быть в фильме: сначала переспать, а потом приходить к родителям за благословением. Видимо, авторы этих мыслей, надеялись, что в те времена рядом с ковчегом строились здания ЗАГСа или церкви для венчания, где молодые люди должны сначала узаконить свои отношения, а потом уже предаваться страстям.

В Библии Хаму все-таки досталась жена, во всяком случае, у него были потомки. Но Аронофски этого и не отрицает, в конце фильма Хам уходит странствовать, а возвращается наш герой или нет, это остается за кадром.

Мафусаила консерваторы записали в маги и чародеи и ссылаются на то, что по Писанию волшебство – это грех. Но какое количество чудес совершалось через людей Божьих в Ветхом и Новом завете, эти критики забывают. Кто знает, может быть, приход Ноемы и исцеление Илы было задумано Творцом? Изображение Мафусаила в фильме – это образ некоего старца, хранителя истины, который избрал путь отшельничества. Это вполне себе понятный киношный и литературный персонаж, у которого, как правило, кроме мудрости есть еще и некие дары. Вот и режиссер не стал изобретать велосипед, взял свое послание и поместил его в доступную форму.

Ила – тоже интересный персонаж. Ее бесплодие до середины фильма очень интриговало, а действительно, как же они размножаться будут, в чем тогда предназначение этих избранных людей? Ной решает, что задача их семьи: спасти животных, вернуть первозданный рай, но уже без человека. В это время у Хама нарастает еще большая ненависть к отцу, мало того, что тот оставил его без жены, так еще и собирается всех убить. Далее происходит кульминация с потопом и битвой с последним из рода Каина, рождение внучек и мучительные терзания Ноя.

На самом деле, эта сцена, когда Ной заносит над своими внучками нож, а потом, признавшись в своем бессилии сделать это, отворачивается и уходит – несет глубокий смысл. Те, кто усмотрел в этом накале эмоций только отступление от Библии, не увидели главного. «Я смотрел на этих малышек и видел в них только любовь», говорит Ной. «Вот и Бог показал тебе греховность человека, но дал свободу выбора», — подытожила Ила, фактически выразив основную идею фильма. Возможно, так через поступок персонажа режиссер хотел показать отношение Творца к человечеству: каждый из нас заслуживает смерти, но Отец смотрит на Своих детей с состраданием и любовью. «Не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого – зло от юности его; и не буду поражать всего живущего, как Я сделал». (Быт. 8:21)

По сути, Аронофски не уходит от библейской атмосферы. Новаторство режиссера в том, что он вложил в уста ветхозаветных героев послание Нового завета – милосердие, выраженное в Благой вести. К ней Создатель будет готовить человека последующие тысячи лет до того, как на землю придет Богочеловек. Однако, не все так безоблачно, Ной сделал свой выбор, люди остались на земле, и греховная природа продолжает жить в них. Об этом нам говорит шкура древнего змея, которая как воплощение греха и порока, метафорически передается через поколения и по сей день.